Публикация авторского материала: «Младший подростковый возраст как критический этап в развитии личности и поведения». автор Правская Светлана Юрьевна | Работа №220036

Младший подростковый возраст как критический этап в развитии личности и поведения

Возрастная и педагогическая психология располагает обширной теоретической базой, составляющей фундамент изучения особенностей развития личности в подростковом возрасте (А.А.Бодалев, 1980; Л.И.Божович, 1968; Ш.Бюллер, 1997; Л.С.Выготский, 1924, 1984; Т.В.Драгунова, 1976; И.С.Кон, 1980; А.В.Мудрик, 1976; В.А.Петровский, 1996; В.А.Сухомлинский, 1980; В.А.Татенко, Т.М.Титаренко, 1998; Д.И.Фельдштейн, 1972; В.Штерн, 1997; И.П.Шахова, 1987; Д.Б.Эльконин, 1960, 1974; и другие).

Как показывает анализ литературы, проблема закрепления моделей девиантного поведения, формирующихся на разных уровнях в подростковом возрасте, оказывается непосредственно связанной с проблемой формирования личности в этом возрасте. В.А.Петровский (1996) отмечает, что выделение конкретных параметров оценивания «реально происходящих изменений личностного роста субъекта» является сегодня главной проблемой возрастной и педагогической психологии, граничащей по значимости с проблематикой методологии науки. «В центре внимания должны быть не сами по себе особенности общего психологического развития (особенности развития памяти, внимания, мышления и т.п.), не сознание и даже не самосознание как таковое, а характер включенности психических процессов, состояний, свойств индивидуальности в контекст реализуемых ею отношений и связей» [29].

В психологической литературе имеются разные точки зрения на проблему подросткового кризиса. Разброс в этих представлениях базируется на разнообразии эмпирических наблюдений, идеологических влияний общества на процесс исследования и т.п. Но все мнения сходятся в признании первостепенной важности одного из противоречий: с одной стороны, это возраст социализации, врастания подростка в мир человеческой культуры и общественных ценностей, а с другой – это возраст индивидуализации, открытия и утверждения своего уникального и неповторимого Я. «Подросток не понимает сам себя. Он еще не стал существом для себя. Он находится в процессе становления. Но он уже перестал быть существом в себе». (Л.С.Выготский, 1929).

Несовпадение трех точек созревания (полового, общеорганического и социального), возникновение интроспекции, ведущей к самоуглублению. самоанализу, появление особого интереса к своим переживаниям, неудовлетворенность внешним миром, уход в себя, выражающийся в замкнутости, стремлении к одиночеству, склонности предаваться мечтам, и, в то же время, переживание острой потребности в дополнении (поиск близких друзей), появление чувства исключительности, стремление к самоутверждению, противопоставление себя окружающим, конфликтность и т.п. обусловливают специфику содержания «интра»- и «интер»- психических компонентов формирующейся личности подростка.

Актуализация потребности «быть личностью» - потребности в персонализации, по мнению В.А.Петровского, является движущей силой развития и становления самосознания в этот период [29].

Под потребностью в персонализации подразумевается потребность быть идеально представленным и продолженным в других людях и в себе как в «другом», что обеспечивает переживания социальной значимости собственной личности. «В сознании субъекта присутствует особая инстанция – «Я в глазах другого». Эта особая инстанция обладает регулятивной функцией по отношению к организации собственной активности индивида». (В.А.Петровский) [29].

В подростковом возрасте впервые осознается несовпадение «Я» в собственных глазах и «Я» в глазах другого. По определению А.Н.Леонтьева, это осознанное несовпадение есть особое потребностное состояние, «опредмечивающееся в конкретных социальных общностях, в которых оказывается индивид, и, в которых реализуются цели его активности» [29]. Не случайно ведущей деятельностью подросткового возраста является общение.

Переживаемое подростком противоречие между его собственными представлениями о своей потенциальной значимости в качестве субъекта общественной жизни, полноправного члена общества, и воспринимаемой им, как правило, низкой, оценкой его личностного потенциала окружающими составляет содержание внутреннего психологического конфликта, названного Д.И.Фельдштейном «конфликтом неперсонализированности» [10].

В содержание этого конфликта, по мнению Д.В.Ронзина, входит изменение оснований для самооценки [27]. У ребенка как бы спадает пелена с глаз, уничтожается «защитный колпак», охраняющий его самооценку. Он начинает видеть себя таким, каков он есть, и судить о себе не по своим будущим, а по настоящим, реальным достижениям.

Подобное изменение самооценки часто сопровождается крайне болезненными переживаниями, выражающимися в кризисе адекватности: острой неуверенности в себе, неуважении к своей личности. В связи с этим наблюдается ряд сопутствующих психологических особенностей, характерных для людей с заниженной самооценкой, но проявляющихся у подростков в крайней степени выраженности.

Во-первых, это болезненно повышенное чувство собственного достоинства. Крайность его проявляется в мнительности. Ребенку часто кажется, что окружающие хотят его унизить, или он начинает предъявлять к себе необоснованно высокие требования, оценивает свои поступки, мысли и побуждения как «недостойные» и т.п.

Во-вторых, резко повышается потребность детей в доброте и понимании. Речь идет о настоящей доброте, а не о показной. Именно вследствие усиления этой потребности дети особенно болезненно реагируют на фальшь, наигранность, поверхностность в проявлениях доброты.

Из-за повышенной мнительности и неспособности распознать проявления истинной доброты дети часто прибегают к защитной реакции в поведении и демонстрируют черствое и даже агрессивное поведение к другим и в особенности к близким.

Характерным следствием понижения самооценки является чрезмерно высокая потребность в справедливости и правде. Справедливый человек особенно ценен для подростка потому, что он является носителем гарантий, оберегающих его личность от посягательств на достоинство [27]. Дети этого возраста из-за возросшей чувствительности к унижению личности высоко ценят культуру общения, вежливость, тактичность, проявляемую во взаимоотношениях между людьми.

Механизм преодоления «конфликта неперсонализированности» представляет собой путь личностного роста подростка и реализуется в процессе первичной социализации, предполагающей включенность подростка в специальным образом организованную общественно-полезную деятельность, выступающую как фактор «мета» - компонента процесса личностного роста.

Сравнительный анализ содержания внутриличностных переживаний и психологических новообразований в личности современных подростков и подростков 60 – х – 70 – х годов XX века, проведенный Д.И.Фельдштейном, показал, что в связи с бурными изменениями культурно-исторических и социально-экономических условий жизни современного российского общества у подростков произошли серьезные изменения в содержании структуры мотивов участия, как в учебной, так и в общественно полезной деятельности, что существенно изменило условия необходимые сегодня для преодоления возрастного кризиса [30].

Сегодня речь, прежде всего, идет об изменении отношения детей к коллективу. Дети отдают предпочтение индивидуальному общественно полезному труду перед коллективным. Причем, чем старше подросток, тем резче проявляется стремление к выражению собственной индивидуальности.

Вся система мотивов общественно полезного труда современных подростков заметно интеллектуализировалась. Познавательное значение труда выступает основой развития мотивов общественной пользы у половины 12 – 13-летних детей [30].

Д.И.Фельдштейн подчеркивает, что, безусловно, ценно то, что современный подросток видит перспективу своей полезности для других и общества в обогащении собственной индивидуальности. Это служит основой его личностного роста. Но при этом ему, во-первых, не хватает доверия, уважения взрослых, а во – вторых, не всегда создаются возможности для реализации потребности в самоутверждении, что неминуемо ведет не только к обострению кризисных явлений, но и может стать причиной формирования девиантной модели поведения. [34]

Тревожными факторами, обладающими негативным потенциалом в своем влиянии на содержание личностных изменений у современных подростков являются увеличение прагматичности мечтаний, как особенности построения перспективы своего бытия, обострение неудовлетворенности уровнем и содержанием повседневной жизни (острое расхождение между стремлением подростков к утверждению себя в качестве полноправных членов современного коммерциализированного общества, и переживанием положения ребенка – школьника, зависимого от воли взрослого, жизнь которого ограничена рамками учебы, воспринимаемой как повинность, вызывает желание вырваться за рамки повседневной рутины в самостоятельную, общественно значимую жизнь). В качестве следствия подобной социально обусловленной кризисности внутриличностных изменений единственно возможным способом разрешения внутреннего конфликта современного подростка является обострение стремлений к интимно-личностному и стихийно – групповому общению со сверстниками, в появлении разного рода уличных компаний, неформальных групп, где состояния взаимной непонятости в мире взрослых суммируются и интегрируются, обеспечивая условия для замещения потребности в установлении отношений с обществом. (По данным Д.И.Фельдштейна у 56 % обследованных им подростков отмечается наличие выраженной реакции группирования в силу фрустрации потребности общественной значимости своего бытия) [30].